April 19th, 2017

шахта!

кликуха.

На станции Лужники в вагон вваливаются мужики. Человек десять.
Явно не местные, но славяне, с большими сумками, сразу занимают всё место рядом с велосипедной стойкой.
Стоят-озираются.

В вагоне городская публика, фифы, бородатые дровосеки и я.

Поезд идёт бесшумно, я слышу телефонный разговор.
- Завтра, в 8 утра мне нужно 15 человек в Лужники, на бетон.
Парень, в вязаной шапочке, надвинутой на глаза - чёртов апрельский холод. Бригадир, очевидно.
- Что ты молчишь? Дар речи потерял??? Я сказал - завтра, в восемь утра! Пятнадцать бетонщиков.
Один из мужиков зачарованно трогает крючки для одежды, поезд проезжает мост.
Разговор становится напряжённым:
- Марсель! Если завтра. В восемь утра. У меня. Не будет. Пятнадцати человек. На бетон. То больше с тобой. Я дел иметь не буду.
Мужики всё озираются. Бригадир говорит тихо и зло.
- И можешь мой номер телефона забыть. Всё. Вот так, Марсель. Завтра в восемь жду.

Поезд прибывает на Площадь Гагарина, и городская публика выходит.
Боязливо пробираются к дверям бородатые ухоженные мальчики.
- Да, парни, там условия! Я сам такие условия редко вижу! Кровати! Не матрасы, - говорит бригадир.
Везёт рабочих в общагу.
Мужики одобрительно гогочут:
- А тёлки?
Фифа рядом со мной встаёт и убегает вглубь поезда.
Я украдкой фотографирую работяг, бригадир срисовывает меня, но виду не подаёт.
- Krymskaya station, - объявляют остановку.
Работяги выходят.

А потом, через пару лет, на стадион придёт городская публика, поковыряет наманикюренными ноготками бетон,
сморщится недовольно, дескать, мало нам чего-то там и не хватает нам чего-то там.

Но только если завтра, к восьми утра, найдёт пятнадцать бетонщиков Марсель. Хотя это, наверняка, кликуха.

PS Подсказывают, что это татарское имя - Марсель